Они пришли в Украину как элитное подразделение, как гордость России. Они были чрезвычайно опытными бойцами, которые прошли множество войн.
Однако по состоянию на сегодняшний день 331-й парашютно-десантный полк понес тяжелые потери.
Сергей Сухарев, командир полка, был убит. И не он один: журналисты BBC, проанализировав российские соцсети, установили, что как минимум 38 солдат из полка погибли в ходе войны. Эти данные были актуальны по состоянию на 13 марта, так что можно предположить, что количество убитых с тех пор возросло. Кроме того, следует предполагать, что количество раненых примерно равно или даже превышает количество убитых.
Что же пошло не так для российского элитного подразделения?
331-й парашютно-десантный полк существует с 1946 года и дислоцируется в Костроме, городе в 300 километрах или 7 часах езды на автобусе к северо-востоку от Москвы. Это полк, который может быть задействован Генштабом с 24-часовым уведомлением и может использоваться в стратегических целях. Полк был задействован в операциях в Чечне, Сирии, на востоке Украины, в Грузии и Казахстане во время январских волнений 2022 года.
Численность полка согласно оценкам составляет от 1000 до 1500 профессиональных военных. То, что полк относится к воздушно-десантным войскам, означает, что он может высаживаться с воздуха, таким образом, что и военные, и техника – включая транспорт весом до 10-15 тонн – десантируются с парашютом. После высадки они воюют на земле как пехотинцы, а не в танках.
Щедрые пайки
«Воздушно-десантные войска еще с советских времен имеют особый статус. Это элитные подразделения, передовые из передовых. Быть офицером в них привлекательно и престижно, и проходить здесь службу тогда, когда в России было много призывников, тоже считалось престижным», – говорит Клаус Матиесен, доцент Королевской военной академии Дании, в прошлом – военный атташе в Польше и Украине.
Он бывал в украинских воздушно-десантных частях, которые похожи на российские по устройству, и рассказывает, что особый статус ВДВ сразу бросается в глаза:
«Их армейские пайки больше и лучше, чем, например, у обычных пехотинцев. Объясняют это тем, что они усерднее тренируются, поэтому им требуется больше еды. Если зайти в столовую в казарме, там вывешены нормы довольствия, из которых следует, сколько продуктов им полагается: столько-то масла, столько-то помидоров, столько-то колбасы, – и много где стоят весы, на которых можно взвесить свою порцию, если вдруг кому-то покажется, что ему чего-то не додали. Так что да, в этом смысле видно, что они имеют более высокий приоритет», – говорит он.
Когда в 2017 году российская армия стала удостаивать самые боеспособные соединения званием «Ударный», первым, кого им отметили, был именно 331-й парашютно-десантный полк. И сами воздушно-десантные части тоже привыкли считать себя особенными.
«У ВДВ особое отношение к потерям. Я бывал в разных воздушно-десантных частях в России, и в каждой из них видел памятные доски с именами тех, кто погиб в разных местах. Это важная составляющая самой сути этих частей – то, что они десантируются, рискуя при этом жизнью. На этом строится их имидж: они немного tougher than the rest, жестче остальных», – говорит он.
В Украине, правда, репутация у 331-го полка далеко не такая блестящая, потому что в 2014 году его бойцы участвовали в боях в Донбассе, и сыграли особую роль в битве за Иловайск, объясняет Клаус Матиесен.
«Там шли ожесточенные бои между регулярными российскими войсками и украинскими добровольцами. Украинские части были окружены, но им пообещали безопасный коридор для отхода, чтобы они могли без риска покинуть эту зону. Однако российские войска открыли по ним огонь. Погибло несколько сотен военных, и этого предательства украинцы не простили никогда. И в этом участвовал этот конкретный полк», – говорит он.
Парадные солдаты
Когда 24 февраля Россия напала на Украину, полк участвовал в первой волне наступления.
Они въехали в Украину по земле, потому что Россия не имела превосходства в воздухе, и переправлять личный состав и технику медленными транспортными самолетами было слишком опасно, – объясняет бригадный генерал Карстен Расмуссен, действующий военный атташе посольства Дании в Москве.
«Это неподтвержденные данные, но мы слышали, что в первые дни войны самолет 98-ой воздушно-десантной дивизии, к которой относится и 331-й полк, был сбит на подлете к аэропорту Гостомель, и тогда россияне развернулись».
Он объясняет, что бронетехника ВДВ слабее бронирована, потому что не может много весить, чтобы ее можно было десантировать, так что предназначена скорее для транспортировки, а не для боя.
Однако полк понес такие потери не поэтому, говорит он. А потому, что его бойцы просто не очень хорошо умеют воевать.
«На мой взгляд, они, что называется, парадные солдаты, которые действуют убедительно только когда имеют дело со слабым противником, как в Сирии, или когда перед ними стоит задача подавить беспорядки, как было в Казахстане. Но в тех случаях, когда им противостоят люди, которые умеют воевать, они раз за разом показывали, что элитного в них мало», – говорит Карстен Расмуссен.
«Они носят бело-голубые тельняшки, отличительный знак элитных подразделений – если на тебе такая, ты чувствуешь себя особенным, практически мачо, – однако исходя из того, что я видел и что мне о них известно, не могу сказать, чтобы я был особо впечатлен уровнем их образования».
А что не так с их уровнем образования?
«Российские подразделения не обучены принимать решения на низком уровне. Российский командир отделения, у которого под началом десяток людей, командир взвода, у которого под началом тридцать, или командир роты, у которого сто, не обучены принимать самостоятельные решения, и это означает, что они оказываются парализованы и боятся сделать что-то не так, когда противник ведет себя иначе, чем они рассчитывали. У них есть план, и если следовать плану не получается, они не знают, как им поступать».
Карстен Расмуссен видел видеозаписи, на которых, правда, фигурирует не конкретно 331-й парашютно-десантный полк, а другие российские подразделения в действии, и он, как солдат боевого отряда в прошлом, не впечатлен. Россияне, говорит он, реагируют совершенно неправильно.
«Если вы едете по дороге и попадаете в засаду, вы должны автоматически развернуться в ту сторону, откуда вас атакуют, и отстреливаться. Но на видеосъемках из Украины мы видим, что россияне вместо этого разворачиваются в другую сторону и пытаются сбежать в поля, где превращаются в легкую мишень. Это именно что ошибка новичка», – говорит он таким тоном, будто чувствует себя едва ли не оскорбленным за свою профессию.
Уязвимое начальство
Однако это его не удивляет.