Если верить Владимиру Путину, один из главных жизненных уроков ему преподнесла огромная жирная крыса.
В детстве Путин как-то раз погнался за крысой в обшарпанном подъезде дома, в котором жил тогда с родителями в Ленинграде (нынешнем Санкт-Петербурге), и загнал ее в угол. Однако крыса, вместо того, чтобы сдаться, сама набросилась на Путина и попыталась его укусить, так что он вынужден был спасаться бегством. В итоге Путин в ужасе забежал в квартиру и захлопнул за собой дверь.
Из этой истории можно вынести два урока. Во-первых, загонять противника в угол – рискованно. А во-вторых, если в угол загнали тебя самого, отчаянное нападение может быть лучшим выходом, нежели капитуляция.
В этом ключе можно попытаться понять причины жестокости, с которой путинский режим действует в Украине: Россия, как загнанный в угол зверь, после череды военных унижений безжалостно кусается, чтобы выбраться из своего угла.
Вот почему российские военные не делают различий между военными и гражданскими целями. Или между тем, что правильно и неправильно. Резня, убийства, систематические похищения украинских детей с последующим вывозом их в Россию и растущее число сообщений о пытках размыли все границы. Корреспонденты немецкой газеты Süddeutsche Zeitung недавно посетили Харьков, второй по величине город Украины, и встретились с украинцами, которым удалось вернуться живыми из одной из 22 российских пыточных камер, найденных украинскими властями на территории Харьковской области после освобождения региона.
«Бывали в российских пыточных и моменты счастья», – вспоминает один из собеседников газеты, бывший пленный Андрей Козар. – «После того, как они с тобой покончили, тебя бросали в угол, как грязную тряпку, и ты знал, что больше они сейчас ничего не сделают. И это было прекрасно». Попробуйте перечитать это еще раз.
Ужасы, творившиеся в городе, трудно уложить в голове: «Буча, умноженная на три, четыре или пять», – пишет немецкая газета.
И даже теперь, после недавнего освобождения Харьковщины украинскими войсками, разрушенный город часто погружен во тьму после захода солнца. С помощью ракет и иранских дронов российским военным удалось вывести из строя 30% объектов украинской энергетики – особенно сильно пострадали восток и юг Украины.
«Харьковчане, выгуливающие собак, бродят по пустынным улицам, подсвечивая себе дорогу мобильными телефонами», – отмечает корреспондентка газеты Süddeutsche Zeitungs Соня Зекри, описывая харьковские вечера.
Атака на моральный дух
В Харькове, безусловно, есть проблемы и посерьезнее неудобства при выгуле собак. Однако Соня Зекри использует именно этот образ для описания города, застывшего во времени. Города, где остановились эскалаторы. Где целые районы погружены во тьму. Другие украинские города тоже вынуждены приспосабливаться к новым реалиям, в которых возможны отключения электроэнергии продолжительностью до 8 часов.
Цель состоит в том, чтобы сломить моральный дух украинского народа – ведь именно высокий моральный дух отличал украинцев с самого начала российского вторжения в феврале.
Так что в то время, как в некоторых регионах Украины выпал первый снег, и традиционно суровая зима уже не за горами, российская армия громит украинскую энергосистему. Атакам подвергаются крупные теплоэлектроцентрали (размером с датские ТЭЦ в Студструпе или Аведёре) и основные сети, передающие электроэнергию потребителям. От одного до двух миллионов украинских домохозяйств уже столкнулись с регулярными перебоями в подаче электроэнергии – пока на страну продолжают градом сыпаться ракеты и беспилотники. Эти жестокие разрушения снова заставляют вспомнить путинскую историю о загнанной в угол крысе: крыса знала, что сдаться – смерти подобно. Точно так же, как Путин знает, что его власти, скорее всего, придет конец, если он проиграет войну в Украине.
Пересоздание Украины
Однако путинские разрушения несут в себе особую миссию.
По крайней мере, именно так обстоит дело по мнению эксперта по России Фионы Хилл, бывшей специальной помощницы президента США по европейским и российским делам. В недавнем интервью изданию Politico Хилл спросили, зачем Россия атакует и уничтожает ту самую украинскую территорию, которую хочет себе присвоить, на что она дала следующий наводящий на мрачные размышления ответ: «Это наказание, но в то же время и извращенная форма пересоздания страны. Ты заставляешь людей подчиниться, уничтожаешь все, что у них было, все их связи с прошлым и прежней жизнью, чтобы потом превратить их во что-то новое и таким образом себе присвоить. Построить Новую Россию, создать в ней россиян. Это жестоко, но это и является отличительным признаком имперских завоеваний».
Более того, эта война изменит мир, каким мы его знаем. В том же интервью Фиона Хилл проводит параллели с ХХ веком и двумя его мировыми войнами: «Мы оказались в той же ситуации. Путин вторгся в Украину в 2014 году, ровно через 100 лет после того, как Германия вторглась в Бельгию и Францию. И вторгся точно так же, как Гитлер, который захватил Судеты, аннексировал Австрию и вторгся в Польшу», – указывает она.