– Как изменилась ваша жизнь и жизнь вашей семьи после начала войны?
– 23 февраля, за день до российского вторжения, мне сделали операцию, так что я лежала в больнице, когда все это началось. Спустя несколько дней меня перевезли из больницы в укрытие. Там было очень холодно, потому что убежища на тот момент еще не были должным образом подготовлены.
Компании, в которой я работаю, пришлось свернуть большую часть своей деятельности. Так что с марта и по сегодняшний день я активно занимаюсь волонтерством. Наша команда в общественной организации Help People каждый день эвакуирует людей с временно оккупированных и освобожденных украинских территорий. Я нашла в этом свое призвание.
– Как выглядит сейчас ваш обычный день?
– Наша дочь ходит в частный детский сад – там в подвале оборудовано укрытие, и мысль об этом немного успокаивает. Вообще мы с мужем и дочкой живем в квартире на 19-ом этаже, так что каждый сигнал воздушной тревоги для нас испытание – лифт ведь не работает. Поэтому каждый раз, когда включаются сирены, я беру дочь на руки, спускаюсь с ней вниз по лестнице, и дальше мы ищем место, где можно спрятаться. К сожалению, не у всех в Киеве есть время добраться до убежища. В городе сейчас больше всего котируются квартиры на нижних этажах, с первого по пятый, потому что их жителям легче вовремя попасть в укрытие. Нам же, жителям верхних этажей, вообще приходится планировать свой день так, чтобы не приходилось по многу раз спускаться и подниматься.
– Как изменилась повседневная жизнь Киева? Как на нее влияет то, что зима уже на подходе?
– Магазины работают, на заправках и в кафе полно желающих зарядить телефоны или компьютеры. И простые киевляне, и бизнесы готовятся к зиме, закупая генераторы, газовые горелки, универсальные мобильные батареи и стараясь по возможности сделать запасы воды и обеспечить себе интернет-связь.
Но понятно, что для всего этого нужны деньги, так что не все, к сожалению, могут это себе позволить. С банковской системой все в порядке, и те, у кого по-прежнему есть работа, продолжают получать зарплату. Проблемы могут возникнуть, если отключение электроэнергии затронет банкоматы.
Настроение у людей разное. Многие из тех, кто уехал из Киева в начале войны, уже успели вернуться обратно. Мы все верим в победу, но, конечно, не можем не испытывать страх, когда видим все эти разрушенные здания на улицах наших городов.
– Температура сейчас ниже нуля. Как вы готовитесь к холодной зиме?
– В Киеве сейчас около -3 днем и до -6 по ночам. В нашей квартире отопление отключается по нескольку раз каждый день, на несколько часов. Спасаемся одеялами и теплой одеждой. Еще мы скооперировались с соседями – пользуемся общим с ними интернетом. Мы купили газовую горелку и сделали запасы питьевой и технической воды, а они раздобыли генератор. Ну и, конечно, запаслись фонариками, лампочками и свечами в промышленных количествах. В коридоре стоит собранный чемодан, на случай, если придется срочно уезжать. Но он еще с апреля там стоит.
– Как сильно на вашу жизнь влияют перебои с электричеством, газом и водой?
– Это, безусловно, очень на нас сказывается. У таких перебоев есть как ожидаемые последствия, так и неожиданные. Стало безумно сложно что-либо планировать. Мы экономим электроэнергию, включаем только самые необходимые приборы. Если мы предполагаем, что свет дадут с 14 до 17, то мы работаем в это время, пока дочка в детском саду.
Вполне возможно, что больше в этот день света уже не будет. Очень неприятно подолгу сидеть без мобильной связи и интернета, не иметь возможности связаться с семьей или коллегами. Мы работаем иногда из дома, иногда из офиса, хотя электричество и отопление часто отключают. Мне предложили арендовать рабочее место в подвале, оборудованном, как укрытие, и я всерьез обдумываю такую возможность.
– Опасаетесь ли вы, что ситуация может ухудшиться?
– Конечно, мы испытываем страх, когда слышим взрывы. Особенно страх за детей. Мы готовимся к самым разным сценариям. На днях, когда я забирала дочку из садика, мы увидели в небе мощный взрыв. Каждый день я слышу все более чудовищные истории с войны. Но в то же время я испытываю благодарность за все то, что у моей семьи сейчас есть.
– Что вас сейчас больше всего беспокоит?