Владимир Путин вынужден был лично обзванивать гостей

Положению Владимира Путина в последние недели не позавидуешь: развязанная им агрессивная война против Украины зашла в тупик, а Запад даже начал обсуждать поставку Украине истребителей. И параллельно с этим кремлевское влияние на Кавказе и в Центральной Азии неуклонно ослабевает.

Политолог из Кыргызстана Асель Доолоткельдиева сформулировала это следующим образом:

«Если в Россию центральноазиатские лидеры приезжали почтить свое прошлое, то в Китай они ездили, чтобы обеспечить свое будущее».

Этот комментарий отсылает к состоявшемуся на минувших выходных в Китае саммиту, на который председатель КНР Си Цзиньпин пригласил лидеров пяти центральноазиатских государств: Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана. И истинное значение их встречи выходит далеко за рамки внешней помпезности, зрелищности и изысканного меню.

По итогам саммита Китай и пять центральноазиатских государств обязуются твердо поддерживать друг друга в вопросах, касающихся их «основных интересов, таких как суверенитет, независимость, безопасность и территориальная целостность», – говорится в заявлении, опубликованном на сайте МИД КНР. Кроме того, страны договорились «решительно выступать против вмешательства во внутренние дела с любой стороны или под любым предлогом».

Адресатов у этого сообщения несколько – в их числе, безусловно, США. Однако не в последнюю очередь оно обращено и к России, которая пытается сейчас утопить в крови суверенитет Украины. Вспомним, что разъяренный Путин менее, чем год назад, намекал на то, что Казахстан может быть следующим, назвав эту огромную и богатую газом страну частью «исторической России». Незадолго до этого президент Казахстана, Касым-Жомарт Токаев, публично отказался поддержать российскую агрессивную войну против Украины.

Уже тогда Китай поспешил гарантировать сохранение «национальной независимости, суверенитета и территориальной целостности» Казахстана. И майский саммит, похоже, призван распространить эту гарантию на все пять центральноазиатских государств, еще тридцать лет назад являвшихся частью Советского Союза и долго считавшихся сферой влияния России.

Словно чтобы подчеркнуть тот факт, что в Казахстане все меньше и меньше боятся России, местное онлайн-издание Arbat.Media в минувшее воскресенье сообщило, что Казахстан только что отказал во въезде в страну российскому депутату Константину Затулину. Затулин, который является первым заместителем Председателя Комитета Госдумы по делам СНГ, ранее заявил, что у России есть «возможности, которые могут быть использованы для того, чтобы донести до Казахстана свою обеспокоенность или неудовольствие».

Путин на проводе

Прошедший на выходных помпезный саммит в Китае резко контрастировал со сдержанным путинским празднованием победы над нацистской Германией, состоявшимся 9 мая в Москве. Центральноазиатские лидеры съехались в столицу России крайне неохотно. За четыре дня до празднования единственным из них, кто подтвердил свой приезд, был президент Кыргызстана Садыр Жапаров. Остальные согласились приехать только после звонка Владимира Путина (что следует, среди прочего, из информации на сайте президента Таджикистана). Президент Казахстана объявил о своем приезде только 8 мая.

«Скорее всего, президентам Центральной Азии (кроме Жапарова) изначально удалось вежливо уклониться от поездки. Но когда позвонил Путин — отказываться стало не только сложно, но и опасно», – пишет в своем анализе научный сотрудник Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии Темур Умаров.

Всего за несколько дней до торжественного парада Россия к тому же сообщила об унизительной атаке беспилотников на святая святых – кремлевскую резиденцию Путина.

И проблемы на этом не закончились: в минувший понедельник Армения, бывшая когда-то одной из советских республик, пригрозила выйти из возглавляемого Россией «мини-НАТО», Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), потому что ослабленная Россия не в состоянии обеспечить стране гарантии безопасности в ее конфликте с соседним государством, Азербайджаном, пользующимся поддержкой Турции.

Российские СМИ обвиняют США в попытке вытеснить Россию из Армении.

Неестественная дружба

И пока Россия и Китай официально заявляют о своей «неувядающей дружбе», тайваньский эксперт в сфере национальной обороны и безопасности Чиэнью Ши в газете The Financial Times пишет о том, что Москва и Пекин ведут «тихую конкуренцию» в Центральной Азии.

«Я не думаю, что Китай заменит Россию в Центральной Азии в ближайшее время, но конкуренция за влияние уже началась», – считает он.

Китайско-австралийский писатель и эксперт по вопросам китайско-российских отношений Бобо Ло в 2008 году назвал отношения Москвы и Пекина «осью взаимного удобства», которая приводится в движение прежде всего желанием уменьшить глобальное доминирование США.

Отпраздновавший на днях свое столетие бывший госсекретарь США, легендарный Генри Киссинджер, воспринимает Путина как персонажа Достоевского, который вроде как пытается быть частью Европы, но в то же время настаивает на своем праве определять, что Европа из себя представляет. В длинном интервью изданию The Economist Киссинджер говорит и о том, что альянс России и Китая нельзя назвать естественным.

«Я никогда не встречал российского лидера, который сказал бы что-то хорошее о Китае. И никогда не встречал китайского лидера, который сказал бы что-то хорошее о России», – отметил Киссинджер, который в 1970-х годах инициировал диалог США с Китаем в качестве противовеса Советскому Союзу.

В каком-то смысле зашедшая в тупик путинская война в Украине возродила то, что в XIX веке называли «Большой игрой» за власть в регионе. Основные участники в ней сегодня другие, однако центральноазиатские страны по-прежнему вынуждены искусно между ними маневрировать.

Они не могут, например, скидывать со счетов тот факт, что ослабленная Россия по-прежнему обладает достаточной властью – в прошлом году именно она помогла президенту Казахстана подавить народные протесты. Кроме того, некоторые центральноазиатские республики зарабатывают немалые деньги на реэкспорте товаров в обложенную санкциями Россию.

Китай мог бы выступить противовесом России, болезненно стремящейся к статусу сверхдержавы, однако и к нему в регионе относятся не без скепсиса. Преимущественно мусульманское население центральноазиатских стран с тревогой следит за тем, с какой жесткостью Китай обращается с собственным мусульманским меньшинством в провинции Синьцзян.

Масла в огонь подлил и тот факт, что посол Китая в Париже, представитель «дипломатии волков» Лу Шайе, в апреле поставил под вопрос саму основу суверенитета центральноазиатских республик. Официальный Пекин позднее одернул дипломата, однако тот продолжает оставаться послом.

Клиенты и патроны

Как бы там ни было, расстановка сил в регионе неуклонно меняется. Влияние Китая растет, а роль России становится все менее значительной, и ее отношения с Китаем начинают напоминать отношения клиента и патрона. Это стало очевидно в марте, когда председатель КНР Си Цзиньпин посетил Москву и, к огорчению Путина, крайне сдержанно выражал свою поддержку войне России против Украины.

Зато сам председатель Си, судя по всему, вернулся домой с пакетом соглашений об импорте российских военных технологий и о поставках дешевой энергии, отмечает в своем анализе шведский эксперт по России Стефан Хедлунд. Кроме того, китайский лидер добился от Путина согласия перейти на расчеты в юанях во внешней торговле, чтобы тем самым способствовать ослаблению господства доллара США.

В этой постоянно меняющейся вселенной лидеры Центральной Азии пытаются обеспечить себе место под солнцем с помощью так называемой «многовекторной дипломатии», ориентированной в том числе на Запад и на Турцию, с которой многие из них имеют общие язык, религию и культуру. Можно с уверенностью утверждать, что война в Украине вдохнул